Чезаре Ломброзо: прирождённые убийцы


Не подлежит никакому сомнению, что между помешанным во время припадка и гениальным
человеком, обдумывающим и создающим свое произведение, существует полнейшее сходство
.



Наш сегодняшний герой во многом ошибался. Но это не значит, что он не является героем. В министерствах и на рыбных складах, на тёмных улочках и в богемных тусовках мы найдёт "Человека по Ломброзо". Объективность этих суждение в сотый раз будет подвергнута сомнению. Ведь никому из нас не хочется быть заклеймённым печатью безумца. Никто не хочет, чтобы его физиологию соотносили непосредственно с его интеллектом и более того - криминальными наклонностями. Но стол перед вами заполнен фотографиями вырожденцев - сыновей неизвестных родителей, потомков близкородственных браков, жителей маленьких закрытых коммун, десятилетия привыкших к тому, что у них-то уж точно ничего не меняется. Людей, чьё самообразование нельзя назвать достойным или хотя бы удовлетворительным.

Среди нас существуют люди, которые отрицают изучение нового. Их удел - кружение в старых образах и системах. Эти последние из Могикан смотрят на мир, как на произведение его самого. Они не видят в этом мире отпечатка человеческой руки. Того самого - застывшего на стене пещеры уже много веков назад и волею судьбы перенесённого на кнопки клавиатуры. Вырожденец - всегда ретроград. Вырожденец никогда не движется вперёд. Но существует забавный парадокс: ещё Данте в своей божественной комедии упоминал, что в чертах человеческого лица нужно видеть фразу "Homo Dei" ("Человек Божий"). И как бы мы ни судили нашего сегодняшнего героя за его недочёты и ошибки, на протяжении веков мы же сами наделяем отрицательных персонажей человеческой культуры порочной внешностью. Страшный человек для нас - это не просто внутреннее чудовище. Его порок должен выходить за пределы его "Я". Он должен нести отметину на своём хозяине. Заячья губа, деформация черепа, клыки, разный цвет глаз, врождённая хромота или прочее врождённое увечье - многие считают, что всё это "отметки". Но как же тогда объяснить, что самый "отмеченный" человек на Земле - Джозеф Меррик - по воспоминаниям современников, был человеком более достойным, чем многие из нас? Или это пример очередного многострадального Иова? Но почему тогда, попав в злачное место, вы не увидите ни одного располагающего к себе лица? Почему эта свита Воланда уникальна в своих физических особенностях? И ведь речь идёт не только физиологии, речь идёт об интеллектуальном развитии. Почему религия и ритуал способствуют тому, что деграданты и "прирождённые убийцы" съезжают в пучину безумия намного быстрее, как с горки? Не потому ли, что сознание человека думающего видит в ритуале и религии инструмент, а мозг безумца принимает их как основу бытия? И если и те и другие гениальны на пиках своей активности, можно ли их сравнивать? И существуют ли внешние стигматы, характеризующие мерзавцев и гениев?

Чезаре Ломброзо
в "Лабиринтах".



Многие из нас делят внешность людей на приятную и неприятную. Неприятная внешность приводит к нежеланию продлевать контакт с человеком. Данный вывод рождается, зачастую, из строгих ассоциаций. Полные люди кому-то могут показаться слишком ленивыми увальнями, худые молодые люди невысокого роста с торчащими из-под кепки ушами для кого-то явно будут ассоциироваться с карманниками, а некоторые посчитают, что о человеке могут многое сказать его руки. Помните, как в старом добром фильме: "По ботинкам можно сказать, что за человек тебе встретился." И многие особенности внешности действительно имеют непосредственное отношение к судьбе человека. Но в целом научное сообщество считает физиогномику лженаукой, хотя впервые о ней заговорил ещё Гиппократ. С античных времён человек был уверен - особенности внешности не только соответствуют определённым чертам характера. Должна существовать мера, которая сможет стать основой для системы определения профессиональных, социальных и личных качество человека по особенностям его внешности. Как правило - лица.

Внешнее определение характеристик человека - такая же дремучая псевдотеория, как и гадание по линиям ладони. Но иногда, когда кто-то очень сильно верит в свои доводы и аргументы, рождаются некие доказательства, которые помогают связывать два, казалось бы чужеродных элемента. И если вы хотите что-то доказать обществу, если вы действительно стремитесь продумать свою идею до деталей, до мелочей, всё что вам требуется - уверенность в своих силах и огромный труд, на который можно опираться при выдвижении ваших индивидуальных предположений.

И вот он - идеальный мир в понимании нашего героя. Бескомпромиссно и безошибочно прошедший некое подобие церебрального и визуального сортинга. Мир людей, которые смогут составить собой гармоничное общество без насилия и преступлений. Социум, законодательная система которого вынесена за рамки и действует на территории какого-либо острова-крепости. Лагеря для всех тех, кто по рождению является преступником и несёт на себе отметины порока. Грешники и проститутки, бюрократы и убийцы. Вся страсть человечества, вся его похоть и жажда крови, ложь и взяточничество сконцентрированы здесь. В особом учреждении, вершине смелых фантазий нашего сегодняшнего героя. Человека, который родился в Вероне в 1835-ом году в богатой еврейской семье. Получивший крайне качественное образование, уже в 19 лет Ломброзо стал бесспорным интеллектуалом. За его плечами университеты Парижа, Вены и Падуи, богатейший багаж знаний по археологии, лингвистике и литературе - всем тем предметам, который помогут ему в дальнейшем призвании. Призвании, на фронте которого окровавленным мечом практики Ломброзо будет отстаивать свою трижды глупую, но революционную мысль, проявив своего злодея, своего врага, танцующим на кончике игольного острия.

В свои 19 он напишет несколько научных работ по природе кретинизма, которые, возможно, писал бы и дальше, но увлечением Ломброзо становится хирургия и он отправляется работать военным хирургом. Эта работа позволит образованному и крайне сообразительному еврею собрать в своей голове картину, которую раньше даже не представляли в серьёзной науке - соединить анатомическое описание с психологическим портретом. Через семь лет после начала хирургической и прочей врачебной практики Ломброзо зовут в Павию на должность лектора. В 1871-ом году в возрасте 36 лет он ставится заведующим психиатрической клиники в Пезаро.

Квадратное лицо, тонкие губы, резко выделяющийся нос, маленькие глаза, возможная асимметрия лица - таковыми признаками наделяет  возможного преступника-убийцу современная криминалистика. Людоед Джумагалиев, насильник Головкин, убийца Пичушкин или маньяк Чикатило обладали одним или несколькими внешними признаками из этого списка. Также современные учёные утверждают, что определить склонность человека к жестоким кровавым преступлениям можно ещё в детстве. Задолго до них Ломброзо составил свой портрет опасных убийц - не симметричный череп, лицо вытянутое или впавшее, с выпуклым лбом. Некоторые части черепа резко выделены. Скошенный лоб или  невысокий лоб с сильно развитыми надбровными дугами, крупная челюсть.  С точки зрения мозга многие эти факторы объяснимы - особенности физиологии преступника могут быть обусловлены отклонениями в развитии коры головного мозга, поражение лобных долей и височной области, что вполне гармонично вписывается в теорию "неправильного черепа". Области мозга, ответственные за высшие формы психической деятельности, стратегии и устойчивости поведения повреждены в следствии аномалии развития или врождённых дефектов. Ответственная за формирование личности височная область сказывается также на  мировоззрении, морали и этике. Остальные нарушения развития происходят на уровне более глубоких структур, «желудочках мозга» увеличенных у маньяков, что является определяющим фактором при диагностировании уменьшении вещества мозга вокруг них. Так что существует непосредственная связь между мозгом убийцы и его поведением, склонностью к асоциальному мышлению и отсутствию определённых моральных барьеров, препятствующих нормальному развитию человека в социуме, проявлению его животной природы в среде себе подобных. Мог ли без современных методов диагностики все эти детали учесть Чезаре Ломброзо? Конечно же нет. В его изысканиях ему помогали обычные измерительные приборы, на основе работы с которыми он выделил 4 типа преступников: душегуб, вор, насильник и жулик. Для всех этих типов он вывел собственные критерии определения, после чего в 1876-ом году он выпустит книгу "Преступный человек". В этом же году Чезаре становится профессором судебной медицины и общественной гигиены в Туринском университете. Стоит заметить, что на данный момент множеством учёных практически полностью отрицается научная основа трудов Ломброзо, но, будучи первым в своём деле, автор впервые перенёс понятие преступления с некого совершённого события на личность человека-преступника, что станет ключевой основой для работы с серийными убийцами, которые, несомненно, крепко связаны с теорией человека, ориентированного на кровавые преступления.



Но за научной стороной вопроса всегда кроется сторона культурная, некий пласт идей, новый базис, который закладывает создатель очередного положения. Ведь каждый кто работает в науке и искусстве волен делать и изучать то, что ему интересно. И в этом огромный каприз учёных и поэтов - они сами решают, какой мир создадут своим словом и делом. Они применяют имеющиеся у них знания , чтобы открыть новую грань жизни. И стать в ней мастером, стать хозяином своего Игрового Поля.

Чудовища Ломброзо, как бы ни хотелось верить кому-либо, находятся рядом с нами. И более того, исполняя завет Чезаре, мы создаём их сами. И чем интересен Ломброзо, так это тем, что предвосхитил будущее, потерпев разгромное поражение при жизни, своей концепцией идентичности гения и злодея.

Внутри каждого гения скрывается чудовище. Ведь чудовище, в нашем представлении, это нечто неконтролируемое, действующее нелогично и немотивированно. Его логика непонятна, его разум - дебри, а действия нарушают цельную структуру общества. И каждый гений трудится по этим самым законам. В минуты творческого экстаза, когда сливаются земля и небо, а горизонт перестаёт существовать, в обезьянью природу одного из тысячи людей входит нечто. Нечто такое, что заставляет его творить с целью решить одну единственную задачу: доказать реальность своего существования. Картины художников, стихи великих поэтов и скульптуры древних мастеров - это клеймо на боку времени. Это страх несуществования, обличённый в материальную форму и потому побеждённый. "Я - реален!" - говорит нам Дали. "Я - реален!" Ван Гог, Пикассо, Линч, Стругацкие. И чем больше человеку требуется самопроявление, тем сложнее его миры, его лабиринты образов. И если Уорхол вкладывает свою реальность в финансовый продукт, то Толкиену обязательно нужно создать этот поразительный мир с тысячами действующих лиц, со множество маленьких шестерёнок, которые вращают большую историю. Он создаёт героев и злодеев, правителей и предателей, но заявление не в самом этом факте. Заявление кроется в том, что он создал именно то, что хотел и ничто другое. И по собственной воле и желанию выписал все эти шпили зданий, каждый разрушенный кирпич Хельмовой Пади, который читатель может почувствовать, погружаясь всё дальше в историю удивительного волшебника. Кто-то вроде Александра Литвинова, более известного как Веня Д`ркин, поднимает из прошлого пласт сказки. И становится откровенным волшебным героем, доказывая не только свою реальность, но и причастность людей к миру образов намного более глубоких, чем мы привыкли видеть каждый день. Но замрите на минуту и переверните эту монету таланта! С другой, с тёмной её стороны, всё тот же гений творит бесчинства. Чарльз Мэнсон создал свою "Семью" и доказал её реальность миру. Безумный Гейн создал музей из человеческой кожи, чем доказал необходимость своего внутреннего мира в этом пространстве людей, Ла-Вей создал концепцию современного сатанизма и научил человека тому, что не только Бог, но и Дьявол может вести своих адептов тропами жизни. Убийца реален, потому что может отнять. Творец реален, потому что может создать. А реальны ли вы?

Чезаре Ломброзо сделал невероятное, чего и сам не мог предполагать. Он создал ту систему, ту матрицу, которой мы пользуемся сегодня. Ведь всем уже известно, что гений - это сумасшедший. Что отклонения в сознании у Гоголя, Лавкрафта, Гейзенберга, Карлина - всё то, чему их не учили, но что вырвалось и захотело играть в великую игру сомнений - дар или проклятие, присущее очень малому количеству людей. И только сумасшедший может являться истинным гением, поскольку разум его не ограничен четырьмя стенами. Как Летов летал снаружи всех измерений, так и некоторые стихоплёты дня сегодняшнего находят свои уникальные пути в той губительной чаще, что поглотила многих планировщиков, многих людей, которые пытались сунуться в общее варево безумцев со своим линейным организованным сознанием. И если вы не готовы или не способны воспринимать безумие человеческое как дар, если вы боитесь греха, если вы боитесь разрушения башни, которую выстраиваете день ото дня - грош цена вашему творчеству и вашему преступлению. Ведь творчество - это очередная палка для убийства людей. И выстрелы из этого горячего и пропахшего порохом ствола разлетаются дробью по современному обществу потребления. В наши дни среди людей подавляющий процент составляют дезертиры, которые не могут понять, что почитаемый ими гений - это убийца. Убийца лени, тупости, сухой повседневности. И если ваша задача всю жизнь заключается в том, чтобы строить дома и повесить на стену вашей уютной ванной комнаты очередную дурацкую наклейку с уточкой, обязательно найдётся тот, кто снесёт стройные стены вашего бытия. И вы будете воспринимать его, как злодея. Как того, кто не хочет вашего движения вперёд. Но спрятавшиеся за укреплёнными стенами быта - есть ли вы там? И что произойдёт, если в вашему кондоминиуме прозвучит этот страшный взрыв, раскидывающий ваши шмотки по всему району, превращающий вашу повседневность в горящие тухлой гарью тряпки, которые, как известно, не есть вы, но есть обуза для развития собственного сознания.

Всю жизнь человек, как мелочная пиявка, ищет к кому или к чему прицепиться. Он неотрывно следует за своим лидером, пытается успокоить сознание своего супруга, который не понимает, что в его шею вцепился вёрткий клещ, усыпляющий своей ядовитой слюной. И что подумает ваша супруга, если лишить её новой кухни, новой шубы? Она вообще задумывалась, что может построить свою жизнь иначе, преступно - так как хочется ей? Но, согласно заветам великого доктора, вам крупно повезло. Потому что если ваша вторая половинка не способна на преступление, то она не способна и на гениальность. И преступление заключается не в том, чтобы ограбить, убить, стащить из магазина новые серьги с дорогими камнями. Но в том, чтобы нарушить общий запрет на серость. Написать стихи, сочинить свой новый мир, в котором будет уютно вам обоим. Ведь это тоже блокируется современным обществом. И как приятно и спокойно ложиться в постель с серостью, засыпать с ней, охмуряя свою любовь очередной порцией тупых возвратно-поступательных движений и доказывая, что это - максимальное счастье для свободного думающего человека. Успокойтесь, у большинства из людей нет мечты. Нет собственных нестабильных мыслей. Их интересует дом, успешность в глазах других и ваше усыплённое сознание, которое навсегда обеспечит стабильность и предотвратит творческий взрыв, к которому нужно будет привыкать. Большинство людей боится задуматься не только о преступлении против свои собственных будней. Они боятся даже изменить свою жизнь, потому что такие же серости назовут их вероломными негодяями. И пусть они спят. Не будите своих комфортный мертвецов. Их сон крепок, а пробуждение невозможно.



Серость, безволие и отсутствие радости в жизни человека - вот, что есть тотальная катастрофа. Катастрофа - это не встряска, не безумие строчек, стихов и беззакония, выкидываемого в человеческое общество гениями. Как говорилось выше, существует больной гений, ущемлённый рамками взглядов на мир, загнанный обществом материалистов и планировщиков. Тех, кто вычёркивает его из общего дела. И когда глаза гениями наливаются кровью, а сердце становится более каменистым, чем земля на кладбище домашних животных, рождается гений-преступник. Тот, кто хочет быть живым и убивает, насилует, предаёт, чтобы доказать право на своё Я, на свой возглас о существовании. Его небо, как кофе, а мир - сломанный руками материалистов песчаный замок. Ведь в природе каждого преступника присутствует элемент деструкции со стороны общества. Мать или отец, которые не разглядели в своём ребёнке страсть к безумию, хищный оскал социума, который забил в угол очередного психически нестабильного человека, не подозревают даже, что могли не создавать из человека чудовище, а направить пытливость ума маленького человека в созидательное русло. Сном своего разума они порождают очередное чудовище. И так происходит по сей день.

Серийные убийцы и маньяки, извращенцы и прирождённые воры. Их преступления и ложь на наших с вами руках. Мы сами решили, что их взор должен быть обращён в сторону систематизированного общества. Но особенности психики этих людей заставили их увидеть в обществе врага. Гений по Ломброзо отразился в кривом зеркале - изуродованный, расчленённый, растерзанный на куски теми, кто сказал им однажды "нет". И мир этих безумных шизофреников уже не смог обратиться в творческое русло. Он приспособился к насилию, жажде крови и уничтожению тех, кто смеялся над их ненормальностью, кто выпивал из них кровь сводом законов, ненавистных для любого в малейшей степени изощрённого ума. Но кому-то из безумцев повезло направить свою ненависть в русло контркультуры и творчества. Потому что настоящий гений никогда не сможет реализовать себя на пиршестве усреднённой публики. Ему обязательно нужно что-то растерзать и кого-то убить: мораль, ценности или другого человека. Но мы не понимаем что делаем с ними. И во всех их грехах, связанных с особенностями устроения психики и неустойчивостью поведения, виноваты только мы с вами. Кровь невинных жертв - это последствия нашего непонимания и бездействия.

Вскоре после смерти Ломброзо, фашистская Германия, обуреваемая безумием нескольких человек, собравших вокруг себя плотный коричневый круг приверженцев, начнёт истребление людей по расовому признаку. Пострадает множество ни в чём неповинных евреев. И всю эту расовую дискриминацию, всю эту кровавую баню, некоторые могут связать с учением великого гуманиста, призывавшего отделить преступное общество от общества структурированного. Чезаре не противился заключению преступников. Скорее наоборот. Но в его словах, в его записях, в его книге "Гениальность и помешательство", заключён невероятный призыв к определению людей, которые не могут контролировать собственную генетику и особенности развития. Это не призыв к истреблению и не процесс измерения человека линейкой. Это предупреждение, которое имело под собой ещё более важный посыл: поймите, вычислите, переформатируйте, пока не поздно. Списки преступников Ломброзо - важный инструмент, который мог бы послужить обществу во благо, но был воспринят абсолютно не так. На первое место в этой пророческой книге-предупреждении люди увидели результат сухого анализа. И если подходить к ней с этой точки зрения, Чезаре, несомненно, неправ. Если думать, что вся его работа - выявление преступных элементов, то его труды - это "Молот Ведьм", призывающий карать и уничтожать. На самом деле эти книги, которые нельзя воспринимать как пособие к бескомпромиссным действиям, направлены на другое - найти и вычислить. Пусть с определённым процентом погрешности, пусть с некими расхождениями с фактами, но понять, кто способен на жестокое кровавое насилие. И если бы общество и криминалистика поняли то, что в своих книгах чётко не сформулировал даже сам автор, человечеству удалось бы избежать восхождений на трон тиранов и деспотов, утопивших в крови добрую половину двадцатого века. Ведь Гитлер некогда почти стал художником. И что мешало направить его творческую агрессию - святое умение любого думающего существа, в конструктивное русло? Но мы не видим картин Гитлера на выставках и в галереях. Мы видим картинки зверств в учебниках по истории и исторических сводках. Возможно ли было предотвратить безумие, если бы малейшие сомнения в социальной устойчивости Адольфа были получены его психологами ещё в детстве? Можно ли было бы создать из великого, но ужасного гения некого творца, немного поспособствовав его порывам в искусстве? К сожалению, ответ на этот вопрос мы не узнаем никогда. Но так хочется верить, что данный инструмент мог сработать - не так ли?

Важнейшим уроком, который внёс Ломброзо в историю человечества, можно сформулировать в одной фразе: "Различайте тех, кто асоциален". И можно добавить, что важно делать это не для карательных мер, а для того, чтобы понять, как направить их преступную способность в иное русло. Ведь если человек генетически обречён творить злодейства, любой психолог, понявший это, может сделать из злодея художника. И способны ли мы из убийцы и насильника, чей злобный потенциал отмечен в самом детстве, особенности развития психики которого предрасполагают интерес к крови и смерти, сделать творца, аналогичного Изидору Дюкассу? Получить певца, чьё творчество будет мрачнее самого тёмного часа перед рассветом, но, подобно текстам Тиля Линдеманна или Великого и Ужасного Элиса Купера, позволит открыть в себе убийцу современной прогнившей культуры, а не убийцу людей, которых любой творец презирает за их тупость и неумение думать своей головой? Хороший вопрос, на который у меня нет ответа. Но, может быть, стоит попробовать?


Сайт создан с Mozello - самым удобным онлайн конструктором сайтов.

 .