Энди Уорхол: искусство потребления (2017)


статья от 5 марта 2017

"В один из тех вечеров, когда я спрашивал о новых идеях человек 10­-15,
одна моя подруга, наконец, задала нужный вопрос:
"Ну, а что ты сам больше всего любишь?". Так я начал рисовать деньги"

Те, кто читает "Лабиринты" достаточно давно и регулярно следят за обновлениями, могут заметить, что академического языка (в его общепринятом понятии академичности) за исключением некоторых статей, в которых он, несомненно, необходим, на этой территории всё меньше. И чтобы сделать что-то живое - нужно брать это "что-то" от себя. И тебе результат может даже не нравиться. Ты вообще не должен обращать абсолютно никакого внимания на какие-то тенденции. Ты не должен думать о том, что получится, лелять какие-то надежды. Живое - оно всегда живое. Оно дышит и продолжает своё существование тогда, когда любая растиражированная тряпка сдувается и умирает из-за того, что ей в вену перестаёт вкачиваться вечная денежная дотация.

Люди не любят живое. Они определили для себя, что круг - это нечто ровное. Всё, что кажется им косым или кривым - мазня и "я тоже так смогу". Самое интересное, что они почему-то ещё так не смогли. И нарисовал свою идиотскую мазню раньше них кто-то другой. Впрочем, не стоит так надеяться на людей. Человек по своей природе очень туп. Можно говорить человеку, о том, что все его мнения (включая, разумеется, и мнение автора этих строк) - это вытянутая из непонятных определений пустышка. Нас учат в школе, что кошка - это кошка. У кошки нет природных обозначений. Не существует универсального языка, а значит не существует и норм для определения кошки или любых других стандартов. Кто сказал, что талантливо, а что нет? Почему я должен верить общественному мнению или мнению какой-то группы людей, решившей, что она знает больше, чем остальное стадо? Живой результат труда (будь то текст, музыка или картина) всегда пройдёт мимо. Мы придумали себе критерии и считаем, что они верны. А всё, что не подходит под эти критерии - чепуха. Так сумасшедший молится на старый фикус. Его позиция тверда, как эрегированный член. Всё, что мы имеем в современном человеке - безумно. Если ты руководствуешься авторитетами, то ты играешь в игры идиотов. Если ты веришь в знаки Луны и Солнца, а также в искренность учений маленькой группы говорящих обезьян - ты глуп. Если ты считаешь, что твоя идея уникальна - ты отщепенец и идиот. И здоровых тут нет. Слишком долго крепли манипулятивные схемы, чтобы кто-то из нас остался здоров. А пути опыта - пути отбора меньшего из заблуждений. Творчество - это то, что рождается в тебе совсем не на основе каких-либо выводов.

Энди Уорхол в "Лабиринтах".

 
Быть собой - значит быть странным. Помните Джима Моррисона с его бессмертной "People are strange"? Все мы чужие друг другу. Это можно сказать без лишних реверансов. Мы становимся собой только тогда, когда уже не пытаемся казаться лучше, казаться кем-то другим. Когда мы вписываем себя в чужие сюжеты, нужно задавать вопрос, которым всё чаще задаётся ваш автор. Вопрос этот я могу сформулировать как "честность по отношению к себе". Это такая интересная штуковина, которая дает нам силы оценивать то, что нам нужно и что нам сейчас не нужно, но было важно когда-то давно. Можно сколько угодно надеяться на то, что нечто старое, к возвращению которого мы стремимся, повторится. Но оно не повторится никогда. Да и не нужно ему повторяться и растаптывать последнюю веру в волшебство и справедливость тщетностью реанимационного процесса. Но с другой стороны можно быть благодарным прошлому, что когда-то это было и можно быть благодарным тому, что сейчас случилось так, как случилось. Это такая идея которая не требует эмоционального подхода к своему осмыслению. Например, в вопросе личных отношений можно ценить человека за что-то уже после расставания, а потом понять, что на уровне отношений вы друг другу уже многое когда-то дали - и счастье и опыт. И то и другое пригодится. Значит больше этого не потребовалось. А в одну реку дважды не выйдешь остаётся просто быть счастливым, потому что ты остаёшься собой. Ведь пока не начнёшь слушать себя - никогда не добьёшься счастья. Чужое счастье радует, но не создаёт такого нужного ощущения присутствия личных достижений и побед. Можно прожить полжизни, догоняя чужие тени и тени чужих теней - желания кого-то, кто совсем не имеет к тебе непосредственного отношения. Кому-то это интересно? Не думаю. Так почему же мы до сих пор обманываем самих себя.

Человек - понятие очень странное. Тело чувствует боль. Оно является уникальным скафандром, уютным домом для проживания чего-то большего. Можно назвать это сознанием. Способна ли химическая реакция породить мышление? Как химические цепочки, их разрывы и новые связи могут создать то, что мы называем мыслью? Теории, рассуждения. Клетка изучает сама себя. Маленький космос изучает сам себя. Сознание изучает самого себя. Даже при наличии этого уникального набора странных и удивительных внутренних конструкций мы умудряемся впадать в состояния уныния и зависимости. Человека, который создан с огромным потенциалом исследования, уникальной машиной для выражения собственных внутренних настроений и личного творчества умудряется угнетать некая машина по переработке мозгов... Но, как это часто бывает, изгои и безумцы зачастую становятся гениями. Потому что другие УМНЫЕ люди смотрят их фильмы, изучают их музыку и картины и понимают: "Мне это может не нравиться. Но чёрт возьми... Как же я когда-то хотел также свободно и легко творить, создавать!" Стать интересным, по большому счёту. Но внутренний ребёнок вместе со своими фантазиями и желаниями уснул уже давно. И извлечь его из этого сна, как правило, достаточно сложно.

Но история нашего персонажа уже начинается. Начинается в промышленном городке Питтсбург, который стоит на слиянии рек Аллегейни и Мононгахила. Центр Питтсбурга - это "золотой треугольник" с его небоскрёбами и бизнес-центрами на верхних этажах. В целом город живёт на доход от сталелитейной и обрабатывающей промышленности, потому и народ тут колоритный. За исключением сопляка, который падает в обморок даже от одного неприятного запаха. Стоит отметить хотя бы то, что с самого школьного возраста даже после войны, даже в городе, в котором мужчинам по специфике своей работы положено пахнуть потом, Уорхол ненавидел эти запахи. Он даже не заходил в школьный туалет и стоически откладывал необходимые дела до дома, где он мог бы довериться окружающей обстановке. А потом снова запереться в своей комнате от глаз своих трёх уже определившихся с будущим братьев, брать женские и детские журналы, ножницы, клей и кромсать из них удивительные фигурки, приклеивая голову Микки Мауса к туловищу Бэтмена и просто, по мнению многих, занимаясь абсолютной ерундой. По крайней мере так рассказывают многочисленные легенды о жизни нашего героя.

В третьем классе Уорхол переносит хорею. Эту болезнь ещё называют "пляской святого Витта". Основные симптомы - беспорядочные и отрывистые движения, сродни нервному тику. Сразу после этого Эндрю так же заболевает скарлатиной и на определённое время остаётся прикованным к кровати. Долгие часы болезни, маленький одиночка посвящает творчеству. Будущий гений поп-арта может часами сидеть и вырезать картинки из комиксов, создавая из них по-детски смешные и забавные коллажи и аппликации. И вот вам рецепт стопроцентного гения - немного аутизма, немного страдания и полное одиночество.

Пройдёт ещё немного времени, и семья останется без отца - он погибнет во время несчастного случая на шахте. Побои и издевательства в школе, как водится, продолжаются и единственной отдушиной Эндрю становится искусство. В полутёмной комнате на своём личном рабочем столе он совмещает вырезанные из разных журналов фигурки. Его мозг в такие минуты досуга полностью отстраняется от действительности, ножницы аккуратно вырезают очередных героев для полотен новых статичных театральных сцен. И зачем придумывать что-то новое, если можно объединить уже существующие объекты в играющую определённый сюжет группу, которая будет проста и доступна публике, в которой зритель сразу увидит то, что должен видеть, не станет искать неземные высоты, но сможет вдохновиться величием своего понимания и более того - причаститься к художественному произведению как к творению, равному его сознанию. Однако всё это позже, позже, позже, а сейчас эта мысль если и теплится в голове будущего признанного мастера, то лишь в форме заготовки, где-то в глубине подсознания. И кристаллизуется очень странная для мальчика мысль - желание состариться во что бы то ни стало. То ли, чтобы избавиться от насмешек, то ли чтобы получить приобрести некий возрастной авторитет. Ведь будучи стариком можно позволить себе любое поведение. Эксцентричность и возраст - уникальная связка! Именно поэтому субтильный Уорхол в 23 года покрасит свои волосы в седой и станет более известен уже в этом "вневозрастном" образе.



Сегодня мы говорим о Герое. О непревзойдённом ересиархе и пророке, о псалмопевце и евангелисте тех времён, которые до сих пор наступают. И никак не могут занять своё место на этой маленькой планете. Потому что человеческое потребление и жажда наживы не знают границ. И это желание употребить и заполучить нашли отражения не только в мыслях людей, но и в окружающем товаре, качество которого день ото дня снижается, а количество повышается. Ужасно ли то, что человек становится счастлив лишь тогда, когда покупает кого-то или что-то? Нет. Рано или поздно человечество должно было прийти к такому уровню неуёмного потребления. И на всей этой горе хлама уже пляшет и ухахатывается над нами наш сегодняшний персонаж. Тот, кто в ответ на информацию о том, что разбился насмерть его друг, выбросившийся из окна, только сокрушится: "Почему же он не сказал мне, что это планирует... я... я мог бы снять это на видео!" И разве вам не хотелось жить также легко и непринуждённо? Ну же, откиньте всю свою напускную благопорядочность! И просто посмейтесь в голос вместе со временем, которое сожрало потребителя и выгнало в лес диких кретинов, которые ни черта не могут понять в искусстве афиши "МакДональдса", цинизме рекламы "Бургер-Кинга" и красоте бутылке из под "Кока-Колы". Кстати, обычная бутылка из под "Колы", которую нарисует Уорхол в 62-ом году, в 2010-ом году уйдёт с молотка на лондонском  аукционе за 35 миллионов зелёных бумажек. Ну это так, для справки.

И не смотрите на покупателя как на идиота! Смотрите лучше на гения, у которого можно поучиться зарабатывать деньги. И деньги, несомненно, зло. Пока их количество не достигло определённого количества. Потому что, когда критическая масса превышена, ты становишься безразличен к ним. И я уверен, что агрессивные и жадные до денег начальники и чиновники - всего лишь клопы в большом мире заработка. Когда тебе не так уж важны деньги, ты можешь посвятить себя другим вопросам. Они не отвлекают тебя от жизни. И наш сегодняшний персонаж понял это как только нарисовал свой доллар. Ну вы же помните: "В один из тех вечеров, когда я спрашивал о новых идеях человек 10­-15, одна моя подруга, наконец, задала нужный вопрос: "Ну, а что ты сам больше всего любишь?". Так я начал рисовать деньги."

Но это будет чуть позже, а в 1945-ом году Эндрю Вархола поступает в Университет Карнеги-Меллон, самое престижное заведение своего города, на художественный факультет. Это же высшее учебное заведение закончат такие знаковые личности своих времён как Рэнди Пауш - автор курса "Построение виртуальных миров" и создатель программного проекта "Алиса" - свободного и открытого объектно-ориентированного языка программирования, Джеймс Гослинг, автор кросс-платформенного языка программирования Java, и Джон Форбс Нэш, который получит нобелевскую премию за "Анализ равновесия в теории некооперативных игр". По окончанию института, Энди уедет в далёкий и такой манящий огнями перспектив Нью-Йорк, в котором полностью погрузится в творчество - работу иллюстратором для журнал "Vogue" и оформление витрин.

В американского гения Уорхол превратится после его первой большой выставки 1952 года. После этого события, имя подающего огромные надежды новичка известно уже всей Америке, и каждая его новая работа обсуждается не только поклонниками изобразительного искусства, но и людьми, абсолютно не имеющими к нему отношения. Тематика картин амбициозного мастера близка и понятна каждому. Уорхол пытается запечатлеть на полотнах самые известные достижения и продукты своей эпохи и своего народа, товары и бренды, которые уравнивают домохозяйку и предпринимателя, президента и нищего. И вот обсуждения миллионов людей уже возводят Энди на вершину славы, путь к которой, конечно же, представляет собой не золотую лестницу, но спрессованные блоки различного мусора. Тысячи разных мнений сыпятся со всех сторон. Работы Уорхола обвешивают комментариями, как новогодние ёлки - в отзывах присутствуют самые разные мнения, эти картины называют "абсолютно бездарными" и "убогими", "невероятными" и "уникальными". Сам же мастер находится в центре этой галдящей петушиными голосами базарной площади, и любой кинутый в него камень уже каким-то чудесным образом превращается в чудесную розу, пахнущую, несомненно, деньгами и "Кока-Колой". И, вновь поднимаясь в свою башню из слоновьей кости, он продолжает творить - его выставки предлагают публике самые невероятные картины, ходят слухи, что на некоторые из них перед выставкой Уорхол просить помочиться своих друзей. И вот она популярность, когда дёрнув нужную струну, не выдумывая ничего нового, мы всё-таки имеем для каждого человека из толпы что-то своё, более того - это приносит доход. И что может быть более сосредоточенной медитацией на богатство и успех, чем изображение на картине тех самых заветных американских долларов?

Примерно в это же время Уорхол приобретает в Манхэттене здание, которое позже получит название "Фабрика". И вот оно - действительно с первого взгляда похожее на завод строение из красного кирпича, которое производит около 80 шелкографий в день. Энди снова занялся своим любимым детским занятием - он наносит на холст ряд одинаковых изображений, изменяя цвета и контраст. Картины Уорхола разливаются по зрачкам жильцов "Фабрики" ярким кислотным цветом. Отдельные комнаты здания постоянно живут своей, зачастую не пересекающейся с другими комнатами жизнью, на "Фабрике" люди действительно проводят дни и ночи. Кто-то приходит, сюда чтобы получить просветление, кто-то за новой дозой наркотиков, в которых "Фабрика" недостатка не испытывает, и кто все эти люди? Чем они могут заниматься, если позволяют себе целыми днями торчать без работы в мекке богемы нового времени?

За время существования "Фабрики" в гостеприимных комнатах самого свободного здания в Америке побывают Мэрилин Монро, Мик Джаггер и Джим Моррисон, сам же творец будет, как из-под копирки выпускать одну работу за другой утверждая, что создавать картины это его призвание, что он просто обязан работать ежеминутно, как копировальный станок, раз уж связался с такой тематикой, как продукты эпохи потребления.



Почему люди не понимают, что изобразительное искусство - это не просто точный мазок на холсте? Это не только отсутствие дефектов в работе, но и часть души Мастера. Когда умер Анри Руссо, над которым потешались все, оказалось, что второго такого Руссо нет. Потом, правда, появился Пиросмани. Но там тоже с признанием на Родине не задалось. И Уорхол тоже иногда приукрашивает свои картины. Он убирает с портретов своих натурщиков и натурщиц усталость, внешние дефекты, ненужные родинки, считая, что человек прекрасен. И за отсутствием этого маленького штриха он не перестанет быть собой. Но станет лучше выглядеть на полотне.

Позже Уорхол начнёт заявлять в интервью: "Я не хотел рождаться. Это было ошибкой. Все равно как меня выкрали и продали в рабство. Меня никогда не трогали собственные работы. Я делаю дешевую писанину и нравлюсь обычным людям." Но долго ли коротко ли, а потом будет выстрел. Вернее три выстрела в живот, которые навсегда изменят жизнь нашего героя. Одна недовольная философией художника феминистка вломится на "Фабрику" Уорхола и решит, что судьба будущего - некой иллюзорной чуши, которую она сама себе придумала - только в её руках. После сложной операции самый спорный (и один из самых дорогих) из современных художников будет переполосован чуть ли не крест на крест. Однако сам Энди начнёт заявлять, что он уже умер. И начнёт как из-под копирки (хотя почему "как"?) производить картины с темой смерти. Одна из таких картин - "Серебряная автокастострофа (двойная)" - будет продана в 2013-ом году на аукционе Сотбис более чем за 100 миллионов долларов.

И вот перед глазами нашего сегодняшнего героя уже проносятся картины всей прожитой им жизни. Видения как-будто выплывают из мутного тумана воспоминаний... Вот, он стоит у школьной доски, руки дрожат, не слушаются, а весь класс уже заливается от смеха над неуклюжим одноклассником. Отдельным поводом для веселья является ещё и тот факт, что родители Энди в своё время бежали из родного города в надежде спастись от банальной голодной смерти. Следующий эпизод - великолепные золотые павлины на синем фоне, а потом снова резкая перемотка плёнки, и, наверное, единственная девушка, которую он когда-то действительно любил - Эди Сэджвик. Она звонит Уорхолу по телефону. Её просьба, конечно же, касается денег и героина, на который её подсадил сам Энди. Ответа она так и не получит - Уорхол молча повесит трубку. Когда Эди умрёт от передозировки, великий мастер не придёт на её похороны. И кто знает - будет ли он об этом сожалеть? Ведь после в его жизни будет так много мужчин!

Но, вот человек, о смерти которого сразу после злополучного выстрела будет официально объявлено в газетах, вновь появляется на публике - как всегда бледный, в своих неизменный тёмных очках. Как выразятся позже его друзья - бледный и стойкий цветок, который лучше растёт в темноте. К слову сказать, именно, таким предстанет Дракула в одном из фильмов Уорхола - бесконечно одиноким бледным странником. Ещё за несколько месяцев до покушения, наречённый Ангелом Смерти художник в своих работах станет всё больше увлекаться темой насилия - это и множество "картин-газетных заголовков", и соответствующая тематика его шелкографий, и прочие работы, на которых всё чаще начинают появляться черепа и электрические стулья.

И в чём загадка бессмертия художника? Почему банальные сюжеты и банальные, известные всем вещи, которые раз за разом повторяет на своих картинах Уорхол так желанны? Может быть потому, что о них мы знаем больше, чем о неком Великом и Недостижимом (к какой бы сфере оно не относилось). Иногда нужно быть простым. Иногда гениальность заключается в том, чтобы делать то, что ты любишь, каким бы простым, банальным и глупым оно не казалось эстетам, требующим от мира каких-то абсолютно непонятных вещей. Зачастую стул - это просто стул. И не стоит пририсовывать к нему лошадиную голову, крылья или что-то ещё, чтобы показать своё уникальное видение. Если ты хочешь показать людям красоту Мэрилин Монро, ужасную автокатастрофу или любое другое явление - просто нарисуй их такими, какие они есть. И никогда не задумывайся о том, что кто-то там может абсолютно также. Не также. Мы настраиваем в своих головах такие неимоверные пристройки даже к окружающим людям, что у нас выработался некий ... вкус. Вкус этот - выбор более привлекательного из двух автомобилей, двух людей, двух кредитов. Но то, что нам нравится и делает особенным любое явление вокруг нас - всего лишь наша часть в этом объекте. Наши нарисованные крылья, которые не имеют ничего общего с естественной природой существа и предмета. Мы очень часто убиваем простоту нашими заумными мыслями. И может просто нужно перестать сравнивать оценки и, при наличии такого желания, начать сравнивать саму суть? Вот чем вы лучше кого-то другого? Кроме того, что нарисовали ему рога, а себе - нимб?

И вот перед вами сегодня человек, которого многие могли бы назвать эпатажным. Слишком странным выскочкой и провокатором. Тем, кто откровенно на протяжении всей своей жизни делал деньги. Рисовал и продавал некие "популярные объекты" за баснословные суммы. Стоит заметить, что продавать у Энди после смерти получается также неплохо, как и при жизни. Тот, кто не видел ничего нормального в одиночестве и понимал, что у каждой вещи и каждого человека в этом мире есть свои 15 минут славы. Правда, по заявлениям самого Мастера, Пеле опровергнет эту теорию. И вместо 15 минут, после смерти ему достанется ещё 15 веков.

"Мне хорошо одному. Люди сильно преувеличивают значение их любви. Она не всегда так важна. То же относится к жизни — ее значение люди тоже преувеличивают."


Смерть застанет Уорхола на больничной койке. Небольшая операция по удалению желчного пузыря казалась врачам не такой страшной, как та, которую Уорхол перенёс более двадцати лет назад, когда были повреждены почти все внутренние органы от тех несчастных трёх пуль, которые прошили живот Энди после выстрелов Валери Соланас. 22 февраля 1987-го года в своей больничной палате Уорхол уснёт в последний раз. Уснёт, чтобы навсегда остаться в памяти человеческой и в истории культуры в качестве неуёмного гения кисти, росчерк которой по сей день стоит миллионы долларов.


Сайт создан с Mozello - самым удобным онлайн конструктором сайтов.

 .